Генетические паспорта россиян могут попасть не в те руки

Мы так долго ждали начала «звездных войн», что не заметили, как оказались на пороге войны генетической. Пока лучшие умы человечества мечтали о звездолетах и освоении дальнего космоса, худшие его умы думали о вещах более приземленных, в частности, о том, чтобы научить биологическое оружие различать «своих» и «чужих», нанося последним удар, несовместимый с жизнью.

Это ещё кажется фантастикой? Да, пока что именно так. Но то, что казалось фантастикой ещё совсем недавно (персональные компьютеры, мобильная связь, 3D-печать человеческих органов или крылатые ракеты с ядерным реактором) либо уже стало нашей повседневной реальностью, либо прямо на наших глазах становится таковой. И недооценивать угрозу появления, например, вирусов, избирательно действующих на определенные категории людей, ни в коем случае нельзя.

11 марта сего года пример такой трезвой оценки подал президент России Владимир Путин. В этот день им был подписан указ №97 «Об основах государственной политики Российской Федерации в области обеспечения химической и биологической безопасности на период до 2025 года и дальнейшую перспективу». Указ этот сильного ажиотажа в СМИ не вызвал, хотя многие поспешили назвать это принудительной генетической паспортизацией россиян, а кое-кто завел привычную песню об «апокалипсисе», бледных конях и «числе Зверя». Мы подобных крайностей постараемся избежать и попробуем разобраться, что из себя на самом деле представляет этот документ и как сильна угроза, с которой он призван бороться.

Прежде всего нужно отметить, что сам указ значительно шире, чем вызвавшая некоторое смятение тема генетических паспортов. В частности, он направлен на обеспечение безопасности в химической сфере, определяя как некоторые специфические угрозы, так и способы противостояния им. Среди них стоит отметить следующие:

• широкое распространение веществ высокой токсичности и накопление в природе стойких и опасных химических соединений;
• возможность ввоза в страну под различными предлогами потенциально опасных химических веществ;
• потенциальная опасность применения химического оружия или совершения терактов с использованием опасных химических соединений.

Список биологических вызовов тоже достаточно широк. Среди них и разработка все новых биологических патогенов, осуществление опасной технологической деятельности в области генной инженерии и синтетической биологии, возможность распространения специфических инфекций, к которым нет иммунитета, и т.п.

То есть идея создания так называемых генетических паспортов является не главной целью упомянутого документа, как поспешили заявить некоторые его критики, а всего лишь одним из средств противодействия новым угрозам и вызовам. Хотя механизмы использования этих самых генетических паспортов пока не совсем ясны, и поводов для критики этот параграф предоставил достаточно.

Сами генетические паспорта могут появиться к 2025 году. Только давайте сразу уточним: «могут появиться» и «обязательно появятся» — выражения разные, и в данном случае речь идет о возможности. Надеюсь, это немного успокоит свидетелей близкого «апокалипсиса». Нет, ничего ещё не предрешено, шансы у нас ещё есть!

Также пока до конца не ясно, что же они будут из себя представлять. Специалисты говорят о двух возможных вариантах. Это прежде всего условный судебно-медицинский генетический паспорт, в котором будет содержаться точная генетическая информация о конкретном человеке, и некий более продвинутый вариант, который можно сравнить с нынешней медицинской картой, где содержаться будут генетическая информация и специфические рекомендации по лечению данного человека, переносимости им тех или иных мед. препаратов, способов лечения, диет и т.д.

Второй вариант, безусловно, дороже, так как предполагает не только техническую экспертизу, которая сейчас уже сравнительно недорога, но и участие квалифицированных специалистов в выработке рекомендаций. Кроме того, ничто не мешает вести эту работу непосредственно в момент обращения человека за медицинской помощью, когда врач, получив доступ к генетической информации человека, сможет самостоятельно или с помощью профильных специалистов нужным образом корректировать лечение. Ну а если кто-то хочет получить какие-то общие повседневные рекомендации, то ему, возможно, лучше будет обратиться в специализированную клинику, где на основе имеющейся информации ему создадут хоть «дорожную карту» жизни, питания и лечения до ста лет. Не бесплатно, конечно, но тут уж глупо было бы ждать от нашего государства такой дорогой благотворительности.

Поэтому остановимся, наверное, на первом варианте: генетический паспорт вряд ли превратится в солидный медицинский фолиант, а будет содержать лишь самую необходимую (зато совершенно точную) базовую информацию. Это будет, если угодно, генетический портрет, который можно хоть на стенку повесить, хоть для опознания использовать.

Вместе с тем уже сейчас можно прогнозировать некоторые риски в данном вопросе. Не секрет, что в последние годы западные спецслужбы проявляют странное любопытство к генотипу русских людей. Данная информация собирается ими как среди русскоязычных мигрантов в США, так и в самой России. Подобная деятельность пресекалась ФСБ, в ней были замечены как частные лица, так и некоторые общественные организации, зарегистрированные на территории РФ не всегда с понятными целями. В свое время даже сам В. Путин говорил об этой угрозе, заявив о том, что в России «кто-то целенаправленно и профессионально собирает биологический материал разных этносов».

Проблема предполагаемой генетической паспортизации состоит в том, что мы сами можем проделать огромную работу, необходимую нашим так называемым партнерам. О том, как у нас хранятся подобные базы данных, рассказывать не нужно: скорее всего, на каком-нибудь рынке эти базы появятся раньше, чем к ним получат доступ профильные университеты и научные центры. И одна подобная угроза, если мы в принципе высоко оцениваем угрозу появления избирательного генетического оружия, перевешивает множество потенциальных выгод от данной работы.

А так ли велики шансы на появление соответствующего оружия? Увы, ответить на этот вопрос точно не сможет, наверное, никто. Но даже если и ответит…

Помните, ещё совсем недавно десятки, а то и сотни «специалистов» в один голос утверждали, что ракеты Илона Маска с возвращаемой первой ступенью – полная профанация? Сейчас они летают, ступени возвращаются, себестоимость запусков падает, и мы, наконец, начали воспринимать это как реальную угрозу.

А сланцы? Тоже поначалу казались блажью и дикостью. Но добывают там нефть и газ «партнеры», и добывают очень много. Возможно, скоро этот пузырь все-таки лопнет, но проблем нашим нефтяникам и газовикам он создал немало, согласитесь.

Примерно так же обстоят дела и с генетическим оружием. Разумеется, есть эксперты, которые всем своим научным авторитетом (и немалым иногда) продавливают мысль, что это невозможно, люди слишком похожи, что избирательного биологического оружия быть не может и т.д. Но даже навскидку, не будучи генетиком или биологом, можно отметить большие отличия в цвете кожи у разных рас. И если какие-то ребята из закрытой лаборатории создадут вирус, способный во вред биологическому хозяину взаимодействовать с меланином, можно уверенно прогнозировать гибель, например, чернокожих или азиатов. А ведь даже эти самые меланины имеют разную природу, находятся в разных частях тела, содержат подчас разные химические формулы и т.д. То есть даже на этом узком участке фронта есть огромное пространство для маневра.

Также уже сейчас, насколько мне известно, идут работы по созданию генномодифицированных вирусов, способных различать раковые клетки и избирательно уничтожать их. Возможно, таким образом мы скоро получим вакцину, которую можно будет вколоть в раннем детстве — и забыть о раке навсегда. Но сколько попутных открытий будет сделано при разработке такой вакцины? И все ли они будут полезны или хотя бы безобидны для человека? Увы, ответ отрицательный: скорее всего, большинство будет как раз весьма небезопасно.

То есть весьма логично будет предположить, что соответствующая угроза есть. Возможно, американцы уже видят её, и им нужна всего лишь максимально подробная информация о нашем генотипе, чтобы «почистить» Россию как можно эффективнее и избирательнее. А возможно, им неизвестны соответствующие способы создания избирательного генетического оружия, но они как раз и надеются его найти, систематизировав огромные массивы данных о нашем геноме.

В любом случае к такому вызову нужно относиться серьезно. Да, это может быть и блеф, американцы мастера на подобные штуки. Но тут, как говорится, лучше перестраховаться.

С другой стороны, меня гораздо больше беспокоит не вопрос создания генетических паспортов, как таковых, а вопрос обеспечения сохранности этих данных. Согласитесь, глупо будет самим выкопать себе генетическую могилу, в которую нас останется только подтолкнуть.

Поэтому оставим истерики. Засунуть голову в песок мы всегда успеем, дело нехитрое. Работать в области обеспечения биологической и химической безопасности все-таки нужно, в том числе и для того, чтобы и самим делать соответствующие открытия. Как говорится, лучшая оборона – это нападение. И генетика тут не исключение, угроза взаимного уничтожения, как показывает практика, работает лучше коллективных договоров.

Но осторожность в этом вопросе проявлять все-таки стоит. Иначе эти паспорта нам действительно только для массовых опознаний и пригодятся…

Виктор Кузовков

Источник

Фото: ritmeurasia

Источник kolokolrussia.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *