Пять миллиардов лет на периферии колоссального звёздного острова кружились песчинки нескольких планет.

Желтоватое светило вместе со своим звёздным окружением медленно обращалось по периметру гигантской галактической спирали. Сам по себе этот звёздный мир вместе с подобными космическими гигантами величественно плыл к границам расширяющейся Вселенной. Космическая эволюция Казалось бы, ничто не могло помешать плавному течению галактической эволюции от одного Большого взрыва к другому. Но непредсказуемый космос готовил сюрприз вечному движению скоплений из исполинских звёздных спиралей, облаков и шаров. Из мрака запылённого вакуума к приближающимся галактикам протянулись хищные гравитационные щупальца колоссального космического монстра, наполненного десятками тысяч разнообразных миров, погружённых в загадочную тёмную материю. Нечто сверхмассивное и непонятное покоилось в гравитационной воронке, сильно искажая окружающий рельеф пространства и времени. Со всех сторон в пропыленное и укрытое густыми облаками молекулярного водорода логово чего-то неведомого стекалась космическая материя. Она неумолимо несла с собой все, что встречала на пути: от мельчайших частиц до звёздных вселенных. Куда же космический поток может принести нашу Галактику в составе её соседей, входящих в Местную группу (т.е. гравитационно-связанных), и что ожидает Млечный Путь? Низвержение в гравитационную аномалию Наряду с морским змеем и кракеном средневековых корабельщиков преследовал ужас чудовищного водоворота Мальстрём. Действительность, конечно, была иной, но, в отличие от китообразных змей, кальмаров и осьминогов размерами в сотни метров, этот водоворот у берегов Норвегии вполне реален и создавал опасность для древних парусников. Однако на самом деле не стоит верить Эдгару По, описавшему в своём знаменитом рассказе «Низвержение в Мальстрём» «гигантскую воронку, засасывающую корабли». Сейчас уже невозможно сказать, кто из современных астрономов, перечитывая рассказ Эдгара По, увидел в фантастическом водовороте прямую аналогию с колоссальным образованием, затягивающим нашу Галактику в необозримую гравитационную воронку, названную Великим аттрактором. Так или иначе, но словосочетание «космический Мальстрём» стало часто появляться на страницах научных журналов. Чуть ли не пятая часть окружающего нас космоса скрыта газопылевой завесой диска Млечного Пути. Множество тайн, загадок и будущих открытий скрывают эти невидимые глубины Метагалактики. Однако в последнее время чувствительные астрономические приборы все чаще прорываются через это покрывало. Подобно тому, как даже в тёмную безлунную ночь пыль и смог, подсвеченные морем огней, скрывают от городских жителей красоту звёздного неба, мы видим лишь мерцающее сияние широкой полосы Млечного Пути. Это призрачное свечение нескольких сотен миллиардов звёзд, рассеивающих своё сияние на крошечных частичках пыли и газа. Наша Солнечная система лежит где-то на середине галактического диска. Далеко не сразу астрономы поняли смысл фантастического зрелища Млечного Пути. Когда же пришло понимание, что это силуэт нашего звёздного острова, восхитительный свет стал для них источником постоянной головной боли, мешая разглядеть вселенские дали. Было высказано много фантастических гипотез о том, что может скрывать туманный ореол нашей Галактики, но действительность превзошла все самые смелые ожидания. Сверхскопления галактик Много интересного увидели астрономы, проникнув при помощи специальных телескопов за пылевую завесу Млечного Пути. Так, в конце прошлого столетия стало понятно, что галактики разлетаются в космическом пространстве не поодиночке, а огромными скоплениями, роясь, как пчёлы. Измерения, сделанные с помощью спутника NASA Cosmic Background Explorer в 1989-1990 годах, показали, что наша Галактика и её соседи, составляющие так называемую Местную группу, движутся с трудно вообразимой скоростью, часто превышающей сотни километров в секунду, в направлении созвездия Гидра. Это направление было выявлено после учёта всех известных движений, начиная от вращения Солнечной системы вокруг галактического ядра до движения Млечного Пути к соседней спиральной галактике Андромеда. Какова же причина этого причудливого космического дрейфа, столь отличного от хрестоматийного разлёта галактик как осколков после Большого взрыва? Тут надо учитывать, что взаимное притяжение прежде всего собирает галактики в группы и скопления, переходящие в сверхскопления. При этом образуются ещё и гигантские «пузыри» пустого пространства — войды, лишённые не только галактик, но и звёздных систем. Неоднородно распределенная масса вещества, окружающая Местную группу, может вызвать несбалансированное притяжение в каком-то одном направлении. На первый взгляд, трудно понять, как галактики могут влиять друг на друга через такие огромные расстояния. Однако соотношения масс и расстояний дают поразительный результат — галактики в скоплениях связаны друг с другом гораздо сильнее, чем отдельные звёзды. Так и наш Млечный Путь вместе со сверхскоплениями галактик в созвездиях Девы и Волос Вероники, увлекая с собой гигантскую массу космической материи, мчится куда-то со скоростью, превышающей два миллиона километров в час. Вскоре в данном направлении был выявлен невообразимо мощный источник гравитации с общей массой, превышающей десять тысяч крупных галактик. Так перед изумлёнными астрономами предстали сверхскопления галактик и Великий аттрактор — гигантская гравитационная аномалия. В ходе последующих исследований было установлено, что Великий аттрактор является гигантским скоплением галактик. От него до Млечного Пути приблизительно 300 миллионов световых лет. Расположен Великий аттрактор в небе Южного полушария. Он тянется от созвездий Павлина и Индейца до Парусов. Пытаясь определить природу этого объекта, учёные выдвинули несколько гипотез. Так, согласно одной из них, Великий аттрактор представляет собой скопление нового, неизвестного науке вида материи. Сторонники другой гипотезы доказывали, что это не что иное, как «космическая струна», возникшая в «эмбриональном состоянии» нашей Вселенной. Надо заметить, что только после этих ошеломляющих открытий появилась возможность хотя бы эскизно набросать достаточно полную карту обозримой части космоса. Это, в свою очередь, позволило вплотную подойти и к важнейшим вопросам космологии. Каковы размеры космических структур? Как они возникают? Какова плотность вещества в сверхскоплениях? Изучение вселенского Мальстрёма принесло много нового. Вокруг Великого аттрактора было обнаружено несколько неизвестных скоплений галактик, группирующихся вокруг колоссального ядра гравитационной аномалии. Сразу же встал вопрос о конечном пункте падения нашей Галактики в этот космический водоворот. Однако увидеть что-либо в той бесконечной дали, куда с огромной скоростью несётся наш материальный мир, пока не удалось. Наблюдения «семи самураев» История изучения ближнего и дальнего космоса свидетельствует, что в нём нет уникальных вещей и любой объект имеет более-менее отдалённый аналог. Так обстоит дело и с Великим аттрактором. Вскоре после открытия этой колоссальной структуры астрономы стали обнаруживать новые центры притяжения. Особенно преуспела в изучении новых аттракторов международная группа астрономов в Токийской обсерватории, которых коллеги прозвали «семь самураев». Изучив относительное движение сотен галактик, «самураи» нашли сразу несколько аналогов Великого аттрактора. Оказалось, что за обладание нашей, Местной группой галактик долгое время сражалось несколько гравитационных центров. Сейчас в этом космическом состязании вроде бы с минимальным перевесом побеждает Великий аттрактор. Однако у него есть мощный соперник, расположенный на таком же расстоянии от Местной группы, — сверхскопление галактик в направлении созвездий Персея и Печи. Ряд астрономов вместе с командой «семи самураев» считают, что в отдалённом будущем гравитационная картина в космосе может измениться. В последующем был открыт ещё более грандиозный объект в виде сверхдлинной цепочки галактик. Его назвали «сверхгалактической плоскостью». Предполагается, что формирование подобной мегаструктуры тесно связано с природой невидимой тёмной материи, составляющей основу Метагалактики. Материальный мир, который окружает нас в повседневности, и всё, что мы можем увидеть в глубинах Метагалактики, составляют лишь около 4% общего количества вещества во Вселенной. Это малая песчинка в масштабах вселенского мира, заполненного неуловимыми тёмными субстанциями. При этом около четверти массы Вселенной составляет тёмная материя — невидимая субстанция, которая не отражает и не излучает свет, но оказывает гравитационное воздействие на другую материю. Наблюдения за процессами образования скоплений галактик также помогут дополнительно «прозондировать» тёмную материю. Все это может не только пролить свет на далёкое будущее нашего мира, но и раскрыть самые тёмные тайны, скрывающиеся в глубинах Метагалактики.

Такая разная относительность

В далёком 1896 году австрийский физик Эрнст Мах пришёл к впечатляющему выводу: все предметы материального мира существуют не абсолютно и не сами по себе, а только по отношению к другим вещам. Эта идея впоследствии нашла воплощение в теории относительности Альберта Эйнштейна и началах квантовой механики в изложении одного из её авторов — Нильса Бора. Дело в том, что датский физик-теоретик пришёл к парадоксальному выводу: микрочастицы существуют, когда за ними наблюдают, и не существуют, когда наблюдение отсутствует. Это явление Бор назвал «принцип наблюдателя».

Казалось бы, здесь речь шла только о частицах. Мы же с вами находимся в физическом макромире, где (как принято считать) предметы существуют вне зависимости от того, смотрим мы на них или нет. Во всяком случае, для того, чтобы изменить вещь или её положение, требуется не взгляд и не мысль, а физическое воздействие. Однако на самом деле это не всегда так.

Другой создатель квантовой механики, немецкий физик Вернер Гейзенберг, сказал: «Классическая физика основывалась на предположении или даже на иллюзии, что можно описать мир или по меньшей мере часть мира, не говоря о нас самих… Мы должны помнить, что то, что мы наблюдаем, — это не сама природа, а природа, которая выступает в том виде, в каком она выявляется благодаря нашему способу постановки вопросов».

Как мы видим вселенную

Мысль Гейзенберга продолжил и расширил британский астрофизик Брэндон Картер: «Мы видим Вселенную такой, потому что только в такой Вселенной мог возникнуть наблюдатель, человек». На этом постулате основывается так называемый антропный принцип, определяющий роль наблюдателя как ключевую, причём на всех уровнях мироздания: от атома до планет и галактик.

Идею о том, что сознание — это такой же содержательный и конструктивный фактор Вселенной, как и все физические факторы, в разное время высказывали многие выдающиеся умы. Например, в XVIII веке об этом независимо друг от друга говорили философы Джордж Беркли и Иоганн Готлиб Фихте, а в XIX — физик Эрвин Шрёдингер. Тем не менее она с трудом пробивает себе дорогу в современной науке.

Между тем, согласно проведённым расчётам, если бы во Вселенной изменилась хоть одна из физических констант: скорость света или масса электрона, то физический мир, включая самого человека, просто перестал бы существовать. Другими словами, Вселенная и человек соответствуют друг другу, и установить, что или кто в этой связи является первичным, а что вторичным, по-прежнему не представляется возможным.

Материализующее внушение

Умозрительные опыты физиков по материализующей роли сознания, разумеется, не могли не заинтересовать психологов. И в 1930-х годах группе исследователей, изучавших условия повышения эффективности труда на фабрике в Хоторне (пригороде Чикаго), впервые удалось обнаружить влияние мысли на материю и выявить эффект Хоторна, или, как его потом назвали, эффект экспериментатора.

Учёные установили, что результативность производства неизменно возрастала не только в силу объективных факторов: хорошего освещения, разумных перерывов в работе, её достойной оплаты и т.д., но и по причине повышенного интереса к самому трудовому процессу. В итоге был сделан вывод, что разум обладает как положительным, так и отрицательным материализующим воздействием.

А уже в конце 1980-х годов физик Роберт Джан и психолог Бренда Данн из Принстонского университета (США) после целой серии опытов установили, что человек с помощью своей психической работы способен влиять на работу сложных механизмов, до предела насыщенных электроникой, реагирующей на самые «нежные» воздействия. В частности, учёные пришли к заключению, что «запускающим моментом» вала различных поломок и аварий на производстве может быть бессознательная установка работников на саморазрушение.

«Катализаторы» и «ингибиторы»

Дальше — больше. Психологи установили, что люди, участвующие в научных разработках, делятся на два вида: на «катализаторов», ускоряющих процесс и делающих его более качественным, и «ингибиторов», тормозящих и нарушающих его ход. В присутствии «катализаторов» у остальных участников команды появляются оригинальные идеи, а сами опыты удаются с первого раза. Совершенно другая картина наблюдается, когда в том же кругу находятся «ингибиторы»: скорость мышления замедляется, а сами эксперименты сопровождаются неудачами и массой поломок.

Эксперименты по направленному и регулируемому воздействию сознания на физическую реальность проводили многие исследователи. Так, в 1971 году немецкий физик Гельмут Шмидт провёл серию опытов с генератором случайных чисел, который издавал различные неупорядоченные сигналы. Оператору, работающему с устройством, Шмидт дал задание: влиять на генератор силой воли и ума, чтобы достичь превышения одних сигналов над другими. Здравый смысл и конструкция самого генератора не допускали ничего подобного. Однако результаты показали, что мышление напрямую влияет на материю! А заодно подтвердилась гипотеза о том, что абсолютной и независимой физической реальности не существует, пока она не привлекает внимание наблюдателя…

И всё же самый убедительный эксперимент, доказывающий материальность мысли, провёл, сам того не желая, неоиндуистский гуру Махариши Махеш Йоги, кстати являвшийся физиком по образованию. В конце 1970-х годов он создал технику трансцендентальной медитации — ТМ, основанной на групповом повторении специально подобранных мантр, вибрации которых действовали в унисон, создавая резонанс индивидуальных сознаний. Учение Махариши широко распространилось по всему земному шару: на конец 2014 года количество практикующих ТМ в мире составляло несколько миллионов человек.

Немудрено, что она привлекла внимание психологов и социологов, которые обнаружили невероятное: когда в одном регионе одновременно медитирует некое сверхпороговое количество людей, происходит духовное и психическое оздоровление всей прилегающей местности — снижается количество дорожных аварий, мелких правонарушений и преступлений, связанных с насилием. Исследование этого феномена проводилось на уровне города, страны, региона и целого континента, в результате чего было установлено: если свыше 1% населения регулярно практикует ТМ, то так называемый эффект Махариши становится измеримым. Но когда «в товарищах согласья нет» и в обществе, наоборот, процветает поляризация настроений и мнений, это приводит к нежелательным физическим и социальным последствиям: техногенным катастрофам, землетрясениям, революциям и даже войнам.

Эффект плацебо

Вариант эффекта Хортона — это применение плацебо в медицине, когда под видом лекарства пациенту дают пустышку — неактивное вещество, которое тем не менее оказывает положительное воздействие на больного за счёт активного внушения .

Злая шутка

В некоторых случаях бессознательная негативная установка может сыграть злую шутку даже с теми людьми, которые искренне заинтересованы в положительном результате своей деятельности. В парапсихологии, например, отмечен так называемый эффект Билоффа, названный в честь английского исследователя аномальных явлений с российскими корнями — Джона Билоффа (Белова).

Тот оказался своего рода чемпионом по невезучести, поскольку неосознанно подавлял любые экстрасенсорные воздействия в радиусе до одного километра. Как ему вообще удавалось работать парапсихологом, остаётся загадкой…

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *